Трагедия в Барселоне: можно ли было предотвратить?
Террористические акты в Испании – это ужасная трагедия, погибшие люди, сломанные судьбы. Но кроме того это и повод задуматься о том, что именно происходит, каковы цели происходящего, как изменяются террористические атаки со временем, почему они вообще происходят.
Барселона – один из красивейших городов мира, место с богатейшей историей, часть мирового культурного наследия. Достаточно даже того, что там жил и творил Гауди, но кроме того, с этим городом связаны такие имена как Пикассо, Дали, Монсеррат Кабалье и многие другие.

То есть удар по Барселоне – это удар не по Испании или Каталонии, не удар по Евросоюзу, а удар по всей условной-западной цивилизации. Кроме всего прочего, удар был нанесен не в торговом центре или соборе, а на пешеходном бульваре Рамбла, являющемся главной туристической улицей города.

В данный момент террористические акты в Ираке или Буркина-Фасо практически не освещаются крупными СМИ, так как они происходят практически еженедельно. «Небольшие» теракты вне фокуса «западной цивилизации» перестали быть информационным поводом, и для того, чтобы привлечь внимание к себе, своим проблемам и своим целям, террористам приходится быть все более изобретательными.
И надо отметить, что последние теракты в Европе срежиссированы и исполнены так, чтобы нам стало действительно страшно. Они проходят не где-то непонятно где, в странах, которые нам только смутно представляются по новостям в телевизоре, а здесь, рядом с нами, на расстоянии в несколько часов самолетом, в городах, которые входят в число популярных культурных и туристических направлений.
Париж, Брюссель, Ницца, Лондон, Барселона. Что можно сказать о современном терроризме?

1. Одной из явных предпосылок для накатывающей на Европу волны террористических атак является большой поток мигрантов и беженцев. Европа заполнена выходцами с Ближнего Востока и Северной Африки.

2. Открытые границы в Европе снижают эффективность антитеррористической борьбы. Каждая страна имеет свое законодательство и свои представления о том, как работать с беженцами и мигрантами. А границ между странами фактически нет, там, где есть – они формальны. В итоге акклиматизироваться в Европе при наличии нужной информации и минимальной финансовой поддержки не так уж и сложно. Предотвратить появление террористов в своей стране законодательно невозможно. И даже те страны, которые смогли ограничить поток людей с чуждыми им культурой, религией и даже понятиями о гигиене, все равно получили к себе множество таких людей – только после того, как те прошли условную ассимиляцию в других странах. Сейчас все более-менее богатые страны Евросоюза имеют у себя огромные анклавы мусульман. И даже при том, что 99 процентов таких людей могут быть абсолютно лояльными новой родине, одного процента более чем достаточно для регулярных террористических атак.

3. Изменение принципов работы вербовщиков террористических организаций: сегодня уходят в прошлое вербовочные лагеря в Пакистане, Афганистане, Ираке и Сирии. Основная вербовочная деятельность ведется через интернет. Глобальная сеть позволяет не только находить будущих смертников, но и объединять их в ячейки, замыкать на нужных специалистов. Проконтролировать эти процессы в условиях современных технологий практически невозможно: закон Яровой в нашей стране был создан именно для этого, но в процессе его реализации стало понятно, что при всей логичности предпосылок реализация подобного проекта неподъемна даже для целой страны. Закон получился наивным и непродуманным, но повторюсь: реальный механизм борьбы с террористами в сети не придуман. Сегодня его нет.

4. Работа СМИ – СМИ не реагируют на мелкие заштатные теракты, но мгновенно отзываются на крупные и самые жесткие в культурных центрах своей цивилизации. Реакция СМИ – это один из самых ожидаемых и нужных террористам результатов, то есть в какой-то мере мы, журналисты, работаем в связке с террористами. Мы доносим результаты их «работы» до всего мира. Не делать этого мы не можем, вся мировая система работы с информацией подразумевает то, что то же самое будет продолжаться и далее. То есть террористы используют демократические инструменты для реализации своих целей, и что с этим делать – неизвестно.

5. Изменение принципов терактов. Раньше самыми частыми вариантами терактов были взрывы, захват заложников и казни пленных в прямом эфире. Сегодня же это – украденные грузовики, врезающиеся на полном ходу в толпу и продолжающие движение как можно дольше. Совершенно очевидно, что организовать грузовик, врезающийся в толпу, гораздо проще, чем украсть самолет или продумать теракт в метро. Кроме всего прочего, такие теракты не требуют глобальной организации и многомесячных планов: достаточно ячейки в 5-7 человек и проработки в несколько дней, максимум – недель. Не нужны саперы, пилоты и инженеры высокой квалификации, которых могли бы отследить правоохранительные органы. То есть терроризм переходит на более дешевые и простые атаки.

6. Удары идут по столицам. Лондон, Брюссель, Париж. Барселона и Ницца не столицы – но это культурные центры мирового уровня. В первую очередь это означает, что правоохранительные органы не способны справится с современным терроризмом. То есть террористам нет необходимости искать цель попроще, где-то, где нет опытных полиции и спецслужб. Они сами выбирают цели.

7. Законы Европы подразумевают, что не судимые и не пойманные за руку люди могут быть известны спецслужбам как потенциальные экстремисты, но реально ловить их начнут только после того, как они устроят теракт.
Как итог – можно сказать откровенно: Европа войну с терроризмом проигрывает. Как минимум потому, что сейчас она наполнена потенциальными террористами, множеством потенциальных террористов.

При этом теракты стали дешевле и проще, подготовка потенциальных смертников упростилась и стала отчасти дистанционной.
СМИ мгновенно разносят информацию о терактах: как именно их провели, сколько человек погибло, кто выразил соболезнования, какие меры приняты для предотвращения последующих терактов.

Пора признать: нынешняя система защиты от терактов в Европе работает не на опережение, а на максимально быстрое снятие последствий. Да, может быть, спецслужбы тайно от нас ловят девять из десяти террористов до того, как они устраивают теракты. Но видим и знаем мы только о том десятом, у которого все удалось.

Россия тоже под ударом. Но за счет того, что наши границы оказались более крепкими, а законы менее лояльными к потенциальным террористам, ситуация в России гораздо лучше. Кроме того, нас отчасти защищает то, что мы находимся не в центре «западного мира», а на его периферии, и теракт в Петербурге, ужаснувший нас и заставивший нас сплотиться, в итоге для Европы прошел новостью одного дня.
Это – тоже фактор защиты, как ни странно. То, что удары по России не так интересны мировым СМИ, работает в защиту нашей страны. Отсутствие резонанса заставляет террористов терять к нам интерес.

Ну и кроме всего прочего – наши правоохранители уже двадцать лет буднично занимаются антитеррористической деятельностью изо дня в день. Для нас это началось не с разрушения башен-близнецов и не с теракта в Лондонском метро в 2005 году. Мы живем с этим с первой Чеченской войны.

Как итог – на самом деле нет ни прививки, ни защиты от терроризма. Какие-то страны защищены чуть больше, какие-то чуть меньше. Европа сегодня – под ударом и не способна его предотвратить.

Уничтожить терроризм невозможно, но можно попробовать лишить его баз и источников финансирования, отделить его от религии, каким-то образом показать, что смертники – это не герои и не благородные безумцы, а жалкие, несчастные люди, в чей мозг запускали грязные руки люди, собирающиеся сами прожить долгую и спокойную жизнь.

Но для этого надо работать. Планомерно, постепенно, не ожидая быстрых результатов – и, главное, сообща. Всему мировому сообществу, вместе, используя все имеющиеся наработки.

Мнения


Трагедия в Барселоне: можно ли было предотвратить?

Лого NewsRussia.Today
Террористические акты в Испании – это ужасная трагедия, погибшие люди, сломанные судьбы. Но кроме того это и повод задуматься о том, что именно происходит, каковы цели происходящего, как изменяются террористические атаки со временем, почему они вообще происходят.
Барселона – один из красивейших городов мира, место с богатейшей историей, часть мирового культурного наследия. Достаточно даже того, что там жил и творил Гауди, но кроме того, с этим городом связаны такие имена как Пикассо, Дали, Монсеррат Кабалье и многие другие.

То есть удар по Барселоне – это удар не по Испании или Каталонии, не удар по Евросоюзу, а удар по всей условной-западной цивилизации. Кроме всего прочего, удар был нанесен не в торговом центре или соборе, а на пешеходном бульваре Рамбла, являющемся главной туристической улицей города.

В данный момент террористические акты в Ираке или Буркина-Фасо практически не освещаются крупными СМИ, так как они происходят практически еженедельно. «Небольшие» теракты вне фокуса «западной цивилизации» перестали быть информационным поводом, и для того, чтобы привлечь внимание к себе, своим проблемам и своим целям, террористам приходится быть все более изобретательными.
И надо отметить, что последние теракты в Европе срежиссированы и исполнены так, чтобы нам стало действительно страшно. Они проходят не где-то непонятно где, в странах, которые нам только смутно представляются по новостям в телевизоре, а здесь, рядом с нами, на расстоянии в несколько часов самолетом, в городах, которые входят в число популярных культурных и туристических направлений.
Париж, Брюссель, Ницца, Лондон, Барселона. Что можно сказать о современном терроризме?

1. Одной из явных предпосылок для накатывающей на Европу волны террористических атак является большой поток мигрантов и беженцев. Европа заполнена выходцами с Ближнего Востока и Северной Африки.

2. Открытые границы в Европе снижают эффективность антитеррористической борьбы. Каждая страна имеет свое законодательство и свои представления о том, как работать с беженцами и мигрантами. А границ между странами фактически нет, там, где есть – они формальны. В итоге акклиматизироваться в Европе при наличии нужной информации и минимальной финансовой поддержки не так уж и сложно. Предотвратить появление террористов в своей стране законодательно невозможно. И даже те страны, которые смогли ограничить поток людей с чуждыми им культурой, религией и даже понятиями о гигиене, все равно получили к себе множество таких людей – только после того, как те прошли условную ассимиляцию в других странах. Сейчас все более-менее богатые страны Евросоюза имеют у себя огромные анклавы мусульман. И даже при том, что 99 процентов таких людей могут быть абсолютно лояльными новой родине, одного процента более чем достаточно для регулярных террористических атак.

3. Изменение принципов работы вербовщиков террористических организаций: сегодня уходят в прошлое вербовочные лагеря в Пакистане, Афганистане, Ираке и Сирии. Основная вербовочная деятельность ведется через интернет. Глобальная сеть позволяет не только находить будущих смертников, но и объединять их в ячейки, замыкать на нужных специалистов. Проконтролировать эти процессы в условиях современных технологий практически невозможно: закон Яровой в нашей стране был создан именно для этого, но в процессе его реализации стало понятно, что при всей логичности предпосылок реализация подобного проекта неподъемна даже для целой страны. Закон получился наивным и непродуманным, но повторюсь: реальный механизм борьбы с террористами в сети не придуман. Сегодня его нет.

4. Работа СМИ – СМИ не реагируют на мелкие заштатные теракты, но мгновенно отзываются на крупные и самые жесткие в культурных центрах своей цивилизации. Реакция СМИ – это один из самых ожидаемых и нужных террористам результатов, то есть в какой-то мере мы, журналисты, работаем в связке с террористами. Мы доносим результаты их «работы» до всего мира. Не делать этого мы не можем, вся мировая система работы с информацией подразумевает то, что то же самое будет продолжаться и далее. То есть террористы используют демократические инструменты для реализации своих целей, и что с этим делать – неизвестно.

5. Изменение принципов терактов. Раньше самыми частыми вариантами терактов были взрывы, захват заложников и казни пленных в прямом эфире. Сегодня же это – украденные грузовики, врезающиеся на полном ходу в толпу и продолжающие движение как можно дольше. Совершенно очевидно, что организовать грузовик, врезающийся в толпу, гораздо проще, чем украсть самолет или продумать теракт в метро. Кроме всего прочего, такие теракты не требуют глобальной организации и многомесячных планов: достаточно ячейки в 5-7 человек и проработки в несколько дней, максимум – недель. Не нужны саперы, пилоты и инженеры высокой квалификации, которых могли бы отследить правоохранительные органы. То есть терроризм переходит на более дешевые и простые атаки.

6. Удары идут по столицам. Лондон, Брюссель, Париж. Барселона и Ницца не столицы – но это культурные центры мирового уровня. В первую очередь это означает, что правоохранительные органы не способны справится с современным терроризмом. То есть террористам нет необходимости искать цель попроще, где-то, где нет опытных полиции и спецслужб. Они сами выбирают цели.

7. Законы Европы подразумевают, что не судимые и не пойманные за руку люди могут быть известны спецслужбам как потенциальные экстремисты, но реально ловить их начнут только после того, как они устроят теракт.
Как итог – можно сказать откровенно: Европа войну с терроризмом проигрывает. Как минимум потому, что сейчас она наполнена потенциальными террористами, множеством потенциальных террористов.

При этом теракты стали дешевле и проще, подготовка потенциальных смертников упростилась и стала отчасти дистанционной.
СМИ мгновенно разносят информацию о терактах: как именно их провели, сколько человек погибло, кто выразил соболезнования, какие меры приняты для предотвращения последующих терактов.

Пора признать: нынешняя система защиты от терактов в Европе работает не на опережение, а на максимально быстрое снятие последствий. Да, может быть, спецслужбы тайно от нас ловят девять из десяти террористов до того, как они устраивают теракты. Но видим и знаем мы только о том десятом, у которого все удалось.

Россия тоже под ударом. Но за счет того, что наши границы оказались более крепкими, а законы менее лояльными к потенциальным террористам, ситуация в России гораздо лучше. Кроме того, нас отчасти защищает то, что мы находимся не в центре «западного мира», а на его периферии, и теракт в Петербурге, ужаснувший нас и заставивший нас сплотиться, в итоге для Европы прошел новостью одного дня.
Это – тоже фактор защиты, как ни странно. То, что удары по России не так интересны мировым СМИ, работает в защиту нашей страны. Отсутствие резонанса заставляет террористов терять к нам интерес.

Ну и кроме всего прочего – наши правоохранители уже двадцать лет буднично занимаются антитеррористической деятельностью изо дня в день. Для нас это началось не с разрушения башен-близнецов и не с теракта в Лондонском метро в 2005 году. Мы живем с этим с первой Чеченской войны.

Как итог – на самом деле нет ни прививки, ни защиты от терроризма. Какие-то страны защищены чуть больше, какие-то чуть меньше. Европа сегодня – под ударом и не способна его предотвратить.

Уничтожить терроризм невозможно, но можно попробовать лишить его баз и источников финансирования, отделить его от религии, каким-то образом показать, что смертники – это не герои и не благородные безумцы, а жалкие, несчастные люди, в чей мозг запускали грязные руки люди, собирающиеся сами прожить долгую и спокойную жизнь.

Но для этого надо работать. Планомерно, постепенно, не ожидая быстрых результатов – и, главное, сообща. Всему мировому сообществу, вместе, используя все имеющиеся наработки.


» » Трагедия в Барселоне: можно ли было предотвратить?


Новости партнеров


Загрузка...

Читайте также


Что пишут в @блогах


Новости из соцсетей


Новость дня

Наши проекты

Наш видеоканал

Курсы валют

Последние новости

Новости партнеров

Загрузка...


Последние комментарии

Гороскоп на неделю

Видео

Мнения

День в истории

Последнее в @блогах