Трагедия в Барселоне: можно ли было предотвратить?
Террористические акты в Испании – это ужасная трагедия, погибшие люди, сломанные судьбы. Но кроме того это и повод задуматься о том, что именно происходит, каковы цели происходящего, как изменяются террористические атаки со временем, почему они вообще происходят.
Барселона – один из красивейших городов мира, место с богатейшей историей, часть мирового культурного наследия. Достаточно даже того, что там жил и творил Гауди, но кроме того, с этим городом связаны такие имена как Пикассо, Дали, Монсеррат Кабалье и многие другие.

То есть удар по Барселоне – это удар не по Испании или Каталонии, не удар по Евросоюзу, а удар по всей условной-западной цивилизации. Кроме всего прочего, удар был нанесен не в торговом центре или соборе, а на пешеходном бульваре Рамбла, являющемся главной туристической улицей города.

В данный момент террористические акты в Ираке или Буркина-Фасо практически не освещаются крупными СМИ, так как они происходят практически еженедельно. «Небольшие» теракты вне фокуса «западной цивилизации» перестали быть информационным поводом, и для того, чтобы привлечь внимание к себе, своим проблемам и своим целям, террористам приходится быть все более изобретательными.
И надо отметить, что последние теракты в Европе срежиссированы и исполнены так, чтобы нам стало действительно страшно. Они проходят не где-то непонятно где, в странах, которые нам только смутно представляются по новостям в телевизоре, а здесь, рядом с нами, на расстоянии в несколько часов самолетом, в городах, которые входят в число популярных культурных и туристических направлений.
Париж, Брюссель, Ницца, Лондон, Барселона. Что можно сказать о современном терроризме?

1. Одной из явных предпосылок для накатывающей на Европу волны террористических атак является большой поток мигрантов и беженцев. Европа заполнена выходцами с Ближнего Востока и Северной Африки.

2. Открытые границы в Европе снижают эффективность антитеррористической борьбы. Каждая страна имеет свое законодательство и свои представления о том, как работать с беженцами и мигрантами. А границ между странами фактически нет, там, где есть – они формальны. В итоге акклиматизироваться в Европе при наличии нужной информации и минимальной финансовой поддержки не так уж и сложно. Предотвратить появление террористов в своей стране законодательно невозможно. И даже те страны, которые смогли ограничить поток людей с чуждыми им культурой, религией и даже понятиями о гигиене, все равно получили к себе множество таких людей – только после того, как те прошли условную ассимиляцию в других странах. Сейчас все более-менее богатые страны Евросоюза имеют у себя огромные анклавы мусульман. И даже при том, что 99 процентов таких людей могут быть абсолютно лояльными новой родине, одного процента более чем достаточно для регулярных террористических атак.

3. Изменение принципов работы вербовщиков террористических организаций: сегодня уходят в прошлое вербовочные лагеря в Пакистане, Афганистане, Ираке и Сирии. Основная вербовочная деятельность ведется через интернет. Глобальная сеть позволяет не только находить будущих смертников, но и объединять их в ячейки, замыкать на нужных специалистов. Проконтролировать эти процессы в условиях современных технологий практически невозможно: закон Яровой в нашей стране был создан именно для этого, но в процессе его реализации стало понятно, что при всей логичности предпосылок реализация подобного проекта неподъемна даже для целой страны. Закон получился наивным и непродуманным, но повторюсь: реальный механизм борьбы с террористами в сети не придуман. Сегодня его нет.

4. Работа СМИ – СМИ не реагируют на мелкие заштатные теракты, но мгновенно отзываются на крупные и самые жесткие в культурных центрах своей цивилизации. Реакция СМИ – это один из самых ожидаемых и нужных террористам результатов, то есть в какой-то мере мы, журналисты, работаем в связке с террористами. Мы доносим результаты их «работы» до всего мира. Не делать этого мы не можем, вся мировая система работы с информацией подразумевает то, что то же самое будет продолжаться и далее. То есть террористы используют демократические инструменты для реализации своих целей, и что с этим делать – неизвестно.

5. Изменение принципов терактов. Раньше самыми частыми вариантами терактов были взрывы, захват заложников и казни пленных в прямом эфире. Сегодня же это – украденные грузовики, врезающиеся на полном ходу в толпу и продолжающие движение как можно дольше. Совершенно очевидно, что организовать грузовик, врезающийся в толпу, гораздо проще, чем украсть самолет или продумать теракт в метро. Кроме всего прочего, такие теракты не требуют глобальной организации и многомесячных планов: достаточно ячейки в 5-7 человек и проработки в несколько дней, максимум – недель. Не нужны саперы, пилоты и инженеры высокой квалификации, которых могли бы отследить правоохранительные органы. То есть терроризм переходит на более дешевые и простые атаки.

6. Удары идут по столицам. Лондон, Брюссель, Париж. Барселона и Ницца не столицы – но это культурные центры мирового уровня. В первую очередь это означает, что правоохранительные органы не способны справится с современным терроризмом. То есть террористам нет необходимости искать цель попроще, где-то, где нет опытных полиции и спецслужб. Они сами выбирают цели.

7. Законы Европы подразумевают, что не судимые и не пойманные за руку люди могут быть известны спецслужбам как потенциальные экстремисты, но реально ловить их начнут только после того, как они устроят теракт.
Как итог – можно сказать откровенно: Европа войну с терроризмом проигрывает. Как минимум потому, что сейчас она наполнена потенциальными террористами, множеством потенциальных террористов.

При этом теракты стали дешевле и проще, подготовка потенциальных смертников упростилась и стала отчасти дистанционной.
СМИ мгновенно разносят информацию о терактах: как именно их провели, сколько человек погибло, кто выразил соболезнования, какие меры приняты для предотвращения последующих терактов.

Пора признать: нынешняя система защиты от терактов в Европе работает не на опережение, а на максимально быстрое снятие последствий. Да, может быть, спецслужбы тайно от нас ловят девять из десяти террористов до того, как они устраивают теракты. Но видим и знаем мы только о том десятом, у которого все удалось.

Россия тоже под ударом. Но за счет того, что наши границы оказались более крепкими, а законы менее лояльными к потенциальным террористам, ситуация в России гораздо лучше. Кроме того, нас отчасти защищает то, что мы находимся не в центре «западного мира», а на его периферии, и теракт в Петербурге, ужаснувший нас и заставивший нас сплотиться, в итоге для Европы прошел новостью одного дня.
Это – тоже фактор защиты, как ни странно. То, что удары по России не так интересны мировым СМИ, работает в защиту нашей страны. Отсутствие резонанса заставляет террористов терять к нам интерес.

Ну и кроме всего прочего – наши правоохранители уже двадцать лет буднично занимаются антитеррористической деятельностью изо дня в день. Для нас это началось не с разрушения башен-близнецов и не с теракта в Лондонском метро в 2005 году. Мы живем с этим с первой Чеченской войны.

Как итог – на самом деле нет ни прививки, ни защиты от терроризма. Какие-то страны защищены чуть больше, какие-то чуть меньше. Европа сегодня – под ударом и не способна его предотвратить.

Уничтожить терроризм невозможно, но можно попробовать лишить его баз и источников финансирования, отделить его от религии, каким-то образом показать, что смертники – это не герои и не благородные безумцы, а жалкие, несчастные люди, в чей мозг запускали грязные руки люди, собирающиеся сами прожить долгую и спокойную жизнь.

Но для этого надо работать. Планомерно, постепенно, не ожидая быстрых результатов – и, главное, сообща. Всему мировому сообществу, вместе, используя все имеющиеся наработки.

Мнения


Трагедия в Барселоне: можно ли было предотвратить?

Лого NewsRussia.Today
Террористические акты в Испании – это ужасная трагедия, погибшие люди, сломанные судьбы. Но кроме того это и повод задуматься о том, что именно происходит, каковы цели происходящего, как изменяются террористические атаки со временем, почему они вообще происходят.
Барселона – один из красивейших городов мира, место с богатейшей историей, часть мирового культурного наследия. Достаточно даже того, что там жил и творил Гауди, но кроме того, с этим городом связаны такие имена как Пикассо, Дали, Монсеррат Кабалье и многие другие.

То есть удар по Барселоне – это удар не по Испании или Каталонии, не удар по Евросоюзу, а удар по всей условной-западной цивилизации. Кроме всего прочего, удар был нанесен не в торговом центре или соборе, а на пешеходном бульваре Рамбла, являющемся главной туристической улицей города.

В данный момент террористические акты в Ираке или Буркина-Фасо практически не освещаются крупными СМИ, так как они происходят практически еженедельно. «Небольшие» теракты вне фокуса «западной цивилизации» перестали быть информационным поводом, и для того, чтобы привлечь внимание к себе, своим проблемам и своим целям, террористам приходится быть все более изобретательными.
И надо отметить, что последние теракты в Европе срежиссированы и исполнены так, чтобы нам стало действительно страшно. Они проходят не где-то непонятно где, в странах, которые нам только смутно представляются по новостям в телевизоре, а здесь, рядом с нами, на расстоянии в несколько часов самолетом, в городах, которые входят в число популярных культурных и туристических направлений.
Париж, Брюссель, Ницца, Лондон, Барселона. Что можно сказать о современном терроризме?

1. Одной из явных предпосылок для накатывающей на Европу волны террористических атак является большой поток мигрантов и беженцев. Европа заполнена выходцами с Ближнего Востока и Северной Африки.

2. Открытые границы в Европе снижают эффективность антитеррористической борьбы. Каждая страна имеет свое законодательство и свои представления о том, как работать с беженцами и мигрантами. А границ между странами фактически нет, там, где есть – они формальны. В итоге акклиматизироваться в Европе при наличии нужной информации и минимальной финансовой поддержки не так уж и сложно. Предотвратить появление террористов в своей стране законодательно невозможно. И даже те страны, которые смогли ограничить поток людей с чуждыми им культурой, религией и даже понятиями о гигиене, все равно получили к себе множество таких людей – только после того, как те прошли условную ассимиляцию в других странах. Сейчас все более-менее богатые страны Евросоюза имеют у себя огромные анклавы мусульман. И даже при том, что 99 процентов таких людей могут быть абсолютно лояльными новой родине, одного процента более чем достаточно для регулярных террористических атак.

3. Изменение принципов работы вербовщиков террористических организаций: сегодня уходят в прошлое вербовочные лагеря в Пакистане, Афганистане, Ираке и Сирии. Основная вербовочная деятельность ведется через интернет. Глобальная сеть позволяет не только находить будущих смертников, но и объединять их в ячейки, замыкать на нужных специалистов. Проконтролировать эти процессы в условиях современных технологий практически невозможно: закон Яровой в нашей стране был создан именно для этого, но в процессе его реализации стало понятно, что при всей логичности предпосылок реализация подобного проекта неподъемна даже для целой страны. Закон получился наивным и непродуманным, но повторюсь: реальный механизм борьбы с террористами в сети не придуман. Сегодня его нет.

4. Работа СМИ – СМИ не реагируют на мелкие заштатные теракты, но мгновенно отзываются на крупные и самые жесткие в культурных центрах своей цивилизации. Реакция СМИ – это один из самых ожидаемых и нужных террористам результатов, то есть в какой-то мере мы, журналисты, работаем в связке с террористами. Мы доносим результаты их «работы» до всего мира. Не делать этого мы не можем, вся мировая система работы с информацией подразумевает то, что то же самое будет продолжаться и далее. То есть террористы используют демократические инструменты для реализации своих целей, и что с этим делать – неизвестно.

5. Изменение принципов терактов. Раньше самыми частыми вариантами терактов были взрывы, захват заложников и казни пленных в прямом эфире. Сегодня же это – украденные грузовики, врезающиеся на полном ходу в толпу и продолжающие движение как можно дольше. Совершенно очевидно, что организовать грузовик, врезающийся в толпу, гораздо проще, чем украсть самолет или продумать теракт в метро. Кроме всего прочего, такие теракты не требуют глобальной организации и многомесячных планов: достаточно ячейки в 5-7 человек и проработки в несколько дней, максимум – недель. Не нужны саперы, пилоты и инженеры высокой квалификации, которых могли бы отследить правоохранительные органы. То есть терроризм переходит на более дешевые и простые атаки.

6. Удары идут по столицам. Лондон, Брюссель, Париж. Барселона и Ницца не столицы – но это культурные центры мирового уровня. В первую очередь это означает, что правоохранительные органы не способны справится с современным терроризмом. То есть террористам нет необходимости искать цель попроще, где-то, где нет опытных полиции и спецслужб. Они сами выбирают цели.

7. Законы Европы подразумевают, что не судимые и не пойманные за руку люди могут быть известны спецслужбам как потенциальные экстремисты, но реально ловить их начнут только после того, как они устроят теракт.
Как итог – можно сказать откровенно: Европа войну с терроризмом проигрывает. Как минимум потому, что сейчас она наполнена потенциальными террористами, множеством потенциальных террористов.

При этом теракты стали дешевле и проще, подготовка потенциальных смертников упростилась и стала отчасти дистанционной.
СМИ мгновенно разносят информацию о терактах: как именно их провели, сколько человек погибло, кто выразил соболезнования, какие меры приняты для предотвращения последующих терактов.

Пора признать: нынешняя система защиты от терактов в Европе работает не на опережение, а на максимально быстрое снятие последствий. Да, может быть, спецслужбы тайно от нас ловят девять из десяти террористов до того, как они устраивают теракты. Но видим и знаем мы только о том десятом, у которого все удалось.

Россия тоже под ударом. Но за счет того, что наши границы оказались более крепкими, а законы менее лояльными к потенциальным террористам, ситуация в России гораздо лучше. Кроме того, нас отчасти защищает то, что мы находимся не в центре «западного мира», а на его периферии, и теракт в Петербурге, ужаснувший нас и заставивший нас сплотиться, в итоге для Европы прошел новостью одного дня.
Это – тоже фактор защиты, как ни странно. То, что удары по России не так интересны мировым СМИ, работает в защиту нашей страны. Отсутствие резонанса заставляет террористов терять к нам интерес.

Ну и кроме всего прочего – наши правоохранители уже двадцать лет буднично занимаются антитеррористической деятельностью изо дня в день. Для нас это началось не с разрушения башен-близнецов и не с теракта в Лондонском метро в 2005 году. Мы живем с этим с первой Чеченской войны.

Как итог – на самом деле нет ни прививки, ни защиты от терроризма. Какие-то страны защищены чуть больше, какие-то чуть меньше. Европа сегодня – под ударом и не способна его предотвратить.

Уничтожить терроризм невозможно, но можно попробовать лишить его баз и источников финансирования, отделить его от религии, каким-то образом показать, что смертники – это не герои и не благородные безумцы, а жалкие, несчастные люди, в чей мозг запускали грязные руки люди, собирающиеся сами прожить долгую и спокойную жизнь.

Но для этого надо работать. Планомерно, постепенно, не ожидая быстрых результатов – и, главное, сообща. Всему мировому сообществу, вместе, используя все имеющиеся наработки.


» » Трагедия в Барселоне: можно ли было предотвратить?


Новости партнеров


Загрузка...

Читайте также


Что пишут в @блогах


Трудовое рабство

Эту историю мне рассказал молодой человек, недавно закончивший ВУЗ по...

Новости из соцсетей


Наши проекты

Наш видеоканал

Курсы валют

Последние новости

Новости партнеров

Загрузка...


Последние комментарии

Гороскоп на неделю

Видео

Мнения

День в истории

Последнее в @блогах