Иностранный бизнес бежит из России

По итогам 2018 года иностранные инвестиции в капитал нефинансового сектора российского бизнеса сократились на 6,5 млрд долларов – до максимальной отметки с 1997 года 20 века, когда Банк России начал рассчитывать соответствующий показатель. Зарубежные инвесторы, участвовавшие в капитале российских компаний, пишет РБК со ссылкой на данные регулятора, изъяли вложения на 22,4 млрд долларов, а объем вновь поступивших инвестиций составил лишь 15,9 млрд долларов. 

 

Между тем власти не оставляют попыток остановить отток капитала, в том числе при помощи словесных интервенций. Не далее как вчера, 8 апреля 2019 года, президент РФ, выступая на встрече с представителями российских и турецких деловых кругов заверил, что Россия будет и дальше прилагать усилия для того, чтобы зарубежный бизнес чувствовал себя безопасно и комфортно.

«Хочу подчеркнуть: мы в России делаем и будем делать все необходимое для того, чтобы иностранные компании, в том числе и турецкие, чувствовали себя на российском рынке максимально комфортно и безопасно, не испытывали чрезмерной административной нагрузки», - передает агентство ТАСС слова Владимира Путина.

 

Отток прямых иностранных инвестиций (ПИИ) связан в основном с ожиданием санкций, а также с незащищенностью предпринимателей и частной собственности, а они, в свою очередь, совершенно не связаны с простотой открытия и ведения бизнеса в России, которая действительно находится на достаточно высоком уровне, указывает аналитик «Алор Брокер» Алексей Антонов. По его словам, вВ России очень просто сделать стартап, зарегистрировать и вести юрлицо, административные барьеры на этих этапах действительно минимальны по сравнению, например, с развивающимися странами ЮВА. 

 

Прямые же иностранные инвестиции — это несколько другое. Это желание зарубежных инвесторов входить в акционерный капитал крупного бизнеса в России, где очень важно уметь управлять рисками, в том числе и регуляторного характера, и рисками силового давления и нечестной конкуренции. И тут, указывает эксперт, в России дела обстоят примерно так же, как в остальных развивающихся странах: выживают наиболее приспособленные. А в современных условиях это означает — приближенные к государству. 

 

Именно поэтому сотрудничество на уровне двух стран, например, России и Турции, управляемое в ручном режиме, будет очень выгодно для турецкого бизнеса, который действительно получит режим полного благоприятствования, например, в строительной отрасли. А, например, американскому бизнесу получить такой режим будет почти невозможно, поэтому он предпочитает сворачивать свои инвестиции. И это не связано с административным давлением, это следствие долгосрочного планирования с учетом взаимоотношений двух ведущих стран. 

 

Нужно понимать, объясняет эксперт, что нерезидентами Россия воспринимается сейчас, к сожалению, как закрытая экономика, в которой можно рискнуть и заработать, но, скажем, в Китае уровень риска примерно такой же, а возможностей для инвестирования больше: ежегодно в Китай приходит около 130 млрд долларов в виде ПИИ. На таком фоне наших 6,5 млрд долларов оттока или притока почти незаметно, можно считать, что мы развиваемся самостоятельно, почти без внешних инвестиций, и, после санкций — без внешних источников заимствования. 

 

Поэтому, говорит Алексей Антонов, если верить в то, что санкции будут когда-нибудь сняты, уровень эйфории и экономического роста после этого события может быть феноменальным. Пока лучше готовиться к медленному или чуть более быстрому сползанию курса рубля в сторону отметки 70 и более к доллару.

 

Отток прямых инвестиций из России связан с двумя главными группами факторов, считает, в свою очередь, Марк Гойхман, руководитель группы аналитиков Центра аналитики и финансовых технологий. С одной стороны, это общепринятая в последнее время осторожность крупных инвесторов по отношению к развивающимся экономикам. Она связана с опасениями замедления мировой экономики, «торговыми войнами», удорожанием кредитов в мире. 

 

С другой стороны, есть риски именно российские. Это не только санкционные опасности, но и ухудшение инвестиционного климата, увеличение административного, налогового, силового воздействия на бизнес, снижение реальных доходов населения и внутреннего спроса и пр., соглашается он с предыдущим экспертом. Но данная группа факторов, вызывающая «бегство инвестиций», в свою очередь препятствует улучшению экономической и социальной ситуации в стране. Круг замыкается. Ведь прямые иностранные инвестиции (ПИИ) – это новые рабочие места, выпуск продукции и услуг, налоги в бюджет. 

 

Хотя ПИИ не играют основную роль в стимулировании экономики, их уменьшение означает дополнительное ограничение для экономического роста и повышения доходов людей, уверен Марк Гойхман. В апреле МВФ снизил прогноз по росту ВВП России в 2019 г. с 1,5% до 1,4%. Реальные располагаемые доходы населения снижаются шестой год подряд. Внутренние инвестиции , в том числе в национальные проекты, пока тормозятся. Но в то же время повышаются налоги, тарифы, усиливается инфляция. В таких условиях главный, результирующий показатель экономики – реальные доходы населения, которые снижались пять лет подряд – может упасть и в 2019 г. В январе он уже сократиля на 1,3% по сравнению с тем же периодом прошлого года. После чего данные по этому параметру Росстат перестал публиковать на ежемесячной основе.

 

Для изменения ситуации, в том числе и с ПИИ, нужно радикально менять принципиальные составляющие инвестиционного климата, уверен Марк Гойхман. Стимулирование бизнеса, а не административное давление, защита прав предпринимателей, ослабление монополизма, прежде всего государственного, увеличение доходов людей, реальная борьба с коррупцией и пр. Такие меры имели бы синергетический эффект и приводили бы не только к повышению иностранных инвестиций, но и в целом к оживлению экономики.

Бизнес


Иностранный бизнес бежит из России

По итогам 2018 года иностранные инвестиции в капитал нефинансового сектора российского бизнеса сократились на 6,5 млрд долларов – до максимальной отметки с 1997 года 20 века, когда Банк России начал рассчитывать соответствующий показатель. Зарубежные инвесторы, участвовавшие в капитале российских компаний, пишет РБК со ссылкой на данные регулятора, изъяли вложения на 22,4 млрд долларов, а объем вновь поступивших инвестиций составил лишь 15,9 млрд долларов. 

 

Между тем власти не оставляют попыток остановить отток капитала, в том числе при помощи словесных интервенций. Не далее как вчера, 8 апреля 2019 года, президент РФ, выступая на встрече с представителями российских и турецких деловых кругов заверил, что Россия будет и дальше прилагать усилия для того, чтобы зарубежный бизнес чувствовал себя безопасно и комфортно.

«Хочу подчеркнуть: мы в России делаем и будем делать все необходимое для того, чтобы иностранные компании, в том числе и турецкие, чувствовали себя на российском рынке максимально комфортно и безопасно, не испытывали чрезмерной административной нагрузки», - передает агентство ТАСС слова Владимира Путина.

 

Отток прямых иностранных инвестиций (ПИИ) связан в основном с ожиданием санкций, а также с незащищенностью предпринимателей и частной собственности, а они, в свою очередь, совершенно не связаны с простотой открытия и ведения бизнеса в России, которая действительно находится на достаточно высоком уровне, указывает аналитик «Алор Брокер» Алексей Антонов. По его словам, вВ России очень просто сделать стартап, зарегистрировать и вести юрлицо, административные барьеры на этих этапах действительно минимальны по сравнению, например, с развивающимися странами ЮВА. 

 

Прямые же иностранные инвестиции — это несколько другое. Это желание зарубежных инвесторов входить в акционерный капитал крупного бизнеса в России, где очень важно уметь управлять рисками, в том числе и регуляторного характера, и рисками силового давления и нечестной конкуренции. И тут, указывает эксперт, в России дела обстоят примерно так же, как в остальных развивающихся странах: выживают наиболее приспособленные. А в современных условиях это означает — приближенные к государству. 

 

Именно поэтому сотрудничество на уровне двух стран, например, России и Турции, управляемое в ручном режиме, будет очень выгодно для турецкого бизнеса, который действительно получит режим полного благоприятствования, например, в строительной отрасли. А, например, американскому бизнесу получить такой режим будет почти невозможно, поэтому он предпочитает сворачивать свои инвестиции. И это не связано с административным давлением, это следствие долгосрочного планирования с учетом взаимоотношений двух ведущих стран. 

 

Нужно понимать, объясняет эксперт, что нерезидентами Россия воспринимается сейчас, к сожалению, как закрытая экономика, в которой можно рискнуть и заработать, но, скажем, в Китае уровень риска примерно такой же, а возможностей для инвестирования больше: ежегодно в Китай приходит около 130 млрд долларов в виде ПИИ. На таком фоне наших 6,5 млрд долларов оттока или притока почти незаметно, можно считать, что мы развиваемся самостоятельно, почти без внешних инвестиций, и, после санкций — без внешних источников заимствования. 

 

Поэтому, говорит Алексей Антонов, если верить в то, что санкции будут когда-нибудь сняты, уровень эйфории и экономического роста после этого события может быть феноменальным. Пока лучше готовиться к медленному или чуть более быстрому сползанию курса рубля в сторону отметки 70 и более к доллару.

 

Отток прямых инвестиций из России связан с двумя главными группами факторов, считает, в свою очередь, Марк Гойхман, руководитель группы аналитиков Центра аналитики и финансовых технологий. С одной стороны, это общепринятая в последнее время осторожность крупных инвесторов по отношению к развивающимся экономикам. Она связана с опасениями замедления мировой экономики, «торговыми войнами», удорожанием кредитов в мире. 

 

С другой стороны, есть риски именно российские. Это не только санкционные опасности, но и ухудшение инвестиционного климата, увеличение административного, налогового, силового воздействия на бизнес, снижение реальных доходов населения и внутреннего спроса и пр., соглашается он с предыдущим экспертом. Но данная группа факторов, вызывающая «бегство инвестиций», в свою очередь препятствует улучшению экономической и социальной ситуации в стране. Круг замыкается. Ведь прямые иностранные инвестиции (ПИИ) – это новые рабочие места, выпуск продукции и услуг, налоги в бюджет. 

 

Хотя ПИИ не играют основную роль в стимулировании экономики, их уменьшение означает дополнительное ограничение для экономического роста и повышения доходов людей, уверен Марк Гойхман. В апреле МВФ снизил прогноз по росту ВВП России в 2019 г. с 1,5% до 1,4%. Реальные располагаемые доходы населения снижаются шестой год подряд. Внутренние инвестиции , в том числе в национальные проекты, пока тормозятся. Но в то же время повышаются налоги, тарифы, усиливается инфляция. В таких условиях главный, результирующий показатель экономики – реальные доходы населения, которые снижались пять лет подряд – может упасть и в 2019 г. В январе он уже сократиля на 1,3% по сравнению с тем же периодом прошлого года. После чего данные по этому параметру Росстат перестал публиковать на ежемесячной основе.

 

Для изменения ситуации, в том числе и с ПИИ, нужно радикально менять принципиальные составляющие инвестиционного климата, уверен Марк Гойхман. Стимулирование бизнеса, а не административное давление, защита прав предпринимателей, ослабление монополизма, прежде всего государственного, увеличение доходов людей, реальная борьба с коррупцией и пр. Такие меры имели бы синергетический эффект и приводили бы не только к повышению иностранных инвестиций, но и в целом к оживлению экономики.



» » Иностранный бизнес бежит из России


Новости партнеров


Загрузка...

Читайте также


Что пишут в @блогах


Ищу человека

21 июля 2017 года произошло знаковое событие для юридической системы...

Новости из соцсетей


Новость дня

Наши проекты

Наш видеоканал

Курсы валют

Последние новости

Новости партнеров

Загрузка...


Последние комментарии

Гороскоп на неделю

Видео

Мнения

День в истории

Последнее в @блогах