О внутренней миграции

На днях, в очередной раз, услышал сетования государственного мужа о низком уровне внутренней миграции населения. Народ наш, дескать, пассивный, совершенно не желает менять место жительства, переезжать из одного города в другой в поисках более высокого уровня жизни, лучше оплачиваемой работы, реализации личностных и профессиональных амбиций. «В развитых странах в сфере внутренней, в первую очередь, профессиональной миграции ситуация обстоит кардинально иначе. Профессионалы меняют место работы, города и даже страны, тем самым реализуя собственные амбиции и способствуя развитию экономики».


Я не социолог и не претендую на научное исследование данного вопроса, но в силу жизненных обстоятельств задался вопросом: почему же российская внутренняя миграция так удручает высокопоставленного чиновника? Каков  рецепт стимуляции этого процесса?


Во-первых, нужно отсечь от понятия «внутренняя миграция» вахтовый метод. Взрослые здоровые мужчины выбирают не смену местожительства, а график работы. Несмотря на то, что бóльшую часть жизни они проводят в бытовках и общежитиях от Мурманска до Магадана, «home,sweet home» с женой, детьми, друзьями находится где-нибудь в селе Кислянка Курганской области.


Во-вторых, нельзя назвать внутренними мигрантами высококвалифицированных специалистов, которых крупные компании разыскивают, вычисляют, переманивают, всячески холят и лелеют. Эти люди зачастую переезжают на новое место работы с семьями и жизненным укладом. К тому же, данная категория работников фактически живёт своей работой: и на рабочем месте, и за обедом, поднося ложку ко рту, и ложась спать. Поэтому им рядом нужна семья: кто-то должен обустраивать быт в предоставленной служебной квартире, варить борщи и развешивать шторы.


Кто же остаётся в «сухом остатке»? Пассивная, с точки зрения «государственного мужа», масса российского труженика. Наёмные работники и представители более или менее малого бизнеса.


Почему эти люди не рвутся покорять бескрайние просторы нашей родины в поисках лучшей жизни?


На мой взгляд, ответ один: страх. Страх потерять то, что уже есть. Страх не найти своё место в новом для них мире. Страх оказаться без работы и средств к существованию. Страх остаться без крыши над головой. Страх за семью, детей, родных, которые вынуждены будут разделить с новоиспечённым мигрантом все тяготы обустройства на новом месте. Страх оказаться изолированным от привычного круга общения, друзей, знакомых. Страх. Страх! Страх…


И всё же. Есть люди, готовые поставить на кон всё и изменить свою жизнь. Естественно с надеждой изменить к лучшему.


Когда мой возраст перевалил за четвёртый десяток, семья давно распалась, дети подросли, я понял: жизнь сложилась.


Вроде бы всё хорошо: квартира на окраине, машина, ремонт которой стоит примерно столько же как и сам автомобиль, несколько неотягощающих бюджет кредитов, приезжающая по выходным женщина, с которой и жить не хочешь, но и расстаться повода нет.


Бизнес, которым я владею и управляю, отлажен и приносит небольшой доход, позволяющий закрывать текущие расходы, раз в год съездить за границу отдохнуть, раз в неделю сходить в кино, раз в месяц «посидеть» с друзьями. Приятная сердцу стабильность.


Всё было хорошо, пока не пришел очередной кризис. А в наш промышленный регион с областным центром–миллионником вместе с ним пришёл и новый губернатор. Старого жители моей малой родины считали жуликом, но любили. Любили, несмотря на то, что он и его команда растащили, всё что могли. Любили за то, что воровал красиво. Устроил в областном центре «дорожную революцию»: расширил дороги, в том числе за счёт уменьшения газонов вдоль проезжей части и вырубки растущих на них деревьев, построил транспортные развязки на сложных и загруженных участках дорог. В общем – постарался решить транспортную проблему для растущего и развивающегося города. Себя, конечно, тоже не забыл: пара торговых комплексов, поражающих своими масштабами, отели, процент от быстрорастущих ввысь окраин. Как бы то ни было деньги региона вращались в регионе и населению было на что купить масло для бутерброда. А при желании ещё и украсить пирамидкой красной икры на праздник.


Но подул ветер перемен. «Любимый» губер покинул пост, пересев в почётное кресло в столице. Кстати, спустя пару лет против него возбудили уголовное дело о взяточнистве и использовании должностного положения в личных целях. Нам же прислали нового. Человек крайне заслуженный, и, вроде бы, не чужой: родился, жил и работал на высоких бизнес-постах во втором по величине городе региона. А главное, пользующийся доверием. Окружив себя не менее доверенными лицами, с которыми он работал на своей малой родине, новый губернатор, как человек обстоятельный и серьёзный, свернул все проекты своего предшественника, ликвидировал все финансовые круговороты, изгибы и перегибы, перекрыл краны распределения потоков. Многие, встроенные в схемы черпания из источника остались не у дел. А тут ещё этот треклятый мировой кризис.


Моя сфера деятельности относится к удовлетворению духовных потребностей, поэтому я и мои коллеги одними из первых почувствовали кризис. Как известно, люди делятся на две неравные категории: малая их часть, близкая к статистической погрешности, считает, что духовный голод требует удовлетворения, как и голод физический, большая же часть может без излишних мук совести подзатянуть пояса и духовно поголодать. Все мы склонны верить в светлое будущее и опыт показывал, что иногда из-за туч выглядывает солнце. Верил в это и я. Но к концу 2016-го пришлось принять простую истину: затянутый пояс всё быстрее «сползает» с талии на шею, напоминая удавку.  И это не только в сфере удовлетворения духовных потребностей. Один из ключевых показателей уровня жизни населения – цены на недвижимость – за 2 года упали на 25-30 %. Предложение превысило спрос в 2 раза.


И потянулись из промышленного гиганта-миллионника сначала нестройные ручейки, а потом вполне заметные потоки внутренних мигрантов. Особенно популярными направлениями стали Сочи и Краснодар с молочными реками и кисельными берегами. Кто-то по привычке двинулся в Москву. Малая часть стала осваивать другие регионы. Люди побежали из города.  


Вместе с ними побежал и я. Именно «побежал». Из города, в котором я прожил большую половину жизни, в котором я знаю практически все уголки, с которым у меня связаны тёплые и не очень воспоминания, о котором я могу рассказать как заправский экскурсовод. Всё, что смог, распродал, что не смог - оставил и «побежал».


Зато теперь я знаю рецепт стимуляции внутренней миграции, так необходимый высокому государственному мужу: кризис, бесконечный непрекращающийся кризис в экономике, социальных, культурных и прочих отношениях. Когда всё вокруг рушится, более-менее активная часть населения пытается искать выход. И если нет возможности реализовать себя в городе N, можно попробовать в другом месте, благо букв в алфавите достаточно.

Источник фото: Ia-centr.ru

@блог


О внутренней миграции

На днях, в очередной раз, услышал сетования государственного мужа о низком уровне внутренней миграции населения. Народ наш, дескать, пассивный, совершенно не желает менять место жительства, переезжать из одного города в другой в поисках более высокого уровня жизни, лучше оплачиваемой работы, реализации личностных и профессиональных амбиций. «В развитых странах в сфере внутренней, в первую очередь, профессиональной миграции ситуация обстоит кардинально иначе. Профессионалы меняют место работы, города и даже страны, тем самым реализуя собственные амбиции и способствуя развитию экономики».


Я не социолог и не претендую на научное исследование данного вопроса, но в силу жизненных обстоятельств задался вопросом: почему же российская внутренняя миграция так удручает высокопоставленного чиновника? Каков  рецепт стимуляции этого процесса?


Во-первых, нужно отсечь от понятия «внутренняя миграция» вахтовый метод. Взрослые здоровые мужчины выбирают не смену местожительства, а график работы. Несмотря на то, что бóльшую часть жизни они проводят в бытовках и общежитиях от Мурманска до Магадана, «home,sweet home» с женой, детьми, друзьями находится где-нибудь в селе Кислянка Курганской области.


Во-вторых, нельзя назвать внутренними мигрантами высококвалифицированных специалистов, которых крупные компании разыскивают, вычисляют, переманивают, всячески холят и лелеют. Эти люди зачастую переезжают на новое место работы с семьями и жизненным укладом. К тому же, данная категория работников фактически живёт своей работой: и на рабочем месте, и за обедом, поднося ложку ко рту, и ложась спать. Поэтому им рядом нужна семья: кто-то должен обустраивать быт в предоставленной служебной квартире, варить борщи и развешивать шторы.


Кто же остаётся в «сухом остатке»? Пассивная, с точки зрения «государственного мужа», масса российского труженика. Наёмные работники и представители более или менее малого бизнеса.


Почему эти люди не рвутся покорять бескрайние просторы нашей родины в поисках лучшей жизни?


На мой взгляд, ответ один: страх. Страх потерять то, что уже есть. Страх не найти своё место в новом для них мире. Страх оказаться без работы и средств к существованию. Страх остаться без крыши над головой. Страх за семью, детей, родных, которые вынуждены будут разделить с новоиспечённым мигрантом все тяготы обустройства на новом месте. Страх оказаться изолированным от привычного круга общения, друзей, знакомых. Страх. Страх! Страх…


И всё же. Есть люди, готовые поставить на кон всё и изменить свою жизнь. Естественно с надеждой изменить к лучшему.


Когда мой возраст перевалил за четвёртый десяток, семья давно распалась, дети подросли, я понял: жизнь сложилась.


Вроде бы всё хорошо: квартира на окраине, машина, ремонт которой стоит примерно столько же как и сам автомобиль, несколько неотягощающих бюджет кредитов, приезжающая по выходным женщина, с которой и жить не хочешь, но и расстаться повода нет.


Бизнес, которым я владею и управляю, отлажен и приносит небольшой доход, позволяющий закрывать текущие расходы, раз в год съездить за границу отдохнуть, раз в неделю сходить в кино, раз в месяц «посидеть» с друзьями. Приятная сердцу стабильность.


Всё было хорошо, пока не пришел очередной кризис. А в наш промышленный регион с областным центром–миллионником вместе с ним пришёл и новый губернатор. Старого жители моей малой родины считали жуликом, но любили. Любили, несмотря на то, что он и его команда растащили, всё что могли. Любили за то, что воровал красиво. Устроил в областном центре «дорожную революцию»: расширил дороги, в том числе за счёт уменьшения газонов вдоль проезжей части и вырубки растущих на них деревьев, построил транспортные развязки на сложных и загруженных участках дорог. В общем – постарался решить транспортную проблему для растущего и развивающегося города. Себя, конечно, тоже не забыл: пара торговых комплексов, поражающих своими масштабами, отели, процент от быстрорастущих ввысь окраин. Как бы то ни было деньги региона вращались в регионе и населению было на что купить масло для бутерброда. А при желании ещё и украсить пирамидкой красной икры на праздник.


Но подул ветер перемен. «Любимый» губер покинул пост, пересев в почётное кресло в столице. Кстати, спустя пару лет против него возбудили уголовное дело о взяточнистве и использовании должностного положения в личных целях. Нам же прислали нового. Человек крайне заслуженный, и, вроде бы, не чужой: родился, жил и работал на высоких бизнес-постах во втором по величине городе региона. А главное, пользующийся доверием. Окружив себя не менее доверенными лицами, с которыми он работал на своей малой родине, новый губернатор, как человек обстоятельный и серьёзный, свернул все проекты своего предшественника, ликвидировал все финансовые круговороты, изгибы и перегибы, перекрыл краны распределения потоков. Многие, встроенные в схемы черпания из источника остались не у дел. А тут ещё этот треклятый мировой кризис.


Моя сфера деятельности относится к удовлетворению духовных потребностей, поэтому я и мои коллеги одними из первых почувствовали кризис. Как известно, люди делятся на две неравные категории: малая их часть, близкая к статистической погрешности, считает, что духовный голод требует удовлетворения, как и голод физический, большая же часть может без излишних мук совести подзатянуть пояса и духовно поголодать. Все мы склонны верить в светлое будущее и опыт показывал, что иногда из-за туч выглядывает солнце. Верил в это и я. Но к концу 2016-го пришлось принять простую истину: затянутый пояс всё быстрее «сползает» с талии на шею, напоминая удавку.  И это не только в сфере удовлетворения духовных потребностей. Один из ключевых показателей уровня жизни населения – цены на недвижимость – за 2 года упали на 25-30 %. Предложение превысило спрос в 2 раза.


И потянулись из промышленного гиганта-миллионника сначала нестройные ручейки, а потом вполне заметные потоки внутренних мигрантов. Особенно популярными направлениями стали Сочи и Краснодар с молочными реками и кисельными берегами. Кто-то по привычке двинулся в Москву. Малая часть стала осваивать другие регионы. Люди побежали из города.  


Вместе с ними побежал и я. Именно «побежал». Из города, в котором я прожил большую половину жизни, в котором я знаю практически все уголки, с которым у меня связаны тёплые и не очень воспоминания, о котором я могу рассказать как заправский экскурсовод. Всё, что смог, распродал, что не смог - оставил и «побежал».


Зато теперь я знаю рецепт стимуляции внутренней миграции, так необходимый высокому государственному мужу: кризис, бесконечный непрекращающийся кризис в экономике, социальных, культурных и прочих отношениях. Когда всё вокруг рушится, более-менее активная часть населения пытается искать выход. И если нет возможности реализовать себя в городе N, можно попробовать в другом месте, благо букв в алфавите достаточно.


Автор: Герман Титов

Об авторе:


Информация не указана


» » О внутренней миграции

Комментарии


Новости партнеров


Загрузка...

Читайте также


Что еще пишут в @блогах


Ищу человека

21 июля 2017 года произошло знаковое событие для юридической системы...

Новости из соцсетей


Новость дня

Наши проекты

Наш видеоканал

Курсы валют

Последние новости

Новости партнеров

Загрузка...


Последние комментарии

Гороскоп на неделю

Видео

Мнения

День в истории

Последнее в @блогах