Нефть потрепала инвесторам нервы
Начало нового года принесло инвесторам сырьевого рынка немало переживаний из-за геополитических и непредсказуемых рисков.

Если в конце 2019 года инвесторы на рынке нефти несколько успокоились в отношении перспектив снижения спроса на нефть в Китае после достижения Поднебесной ряда договоренностей с США, то начало 2020 года стало для них очень нервным. Причиной стали те же Штаты, только уже в противостоянии с Ираном.

Корпус стражей исламской революции начал операцию возмездия США из-за убийства генерала, ветерана ирано-иракской войны Касема Сулеймани. Он являлся одним из самых влиятельных иранских военачальников. Ракеты были выпущены по базе Эйн-аль-Асад на западе Ирака и базе в Эрбиле, где расположен военный контингент армии Штатов.

И хотя, по официальным сообщениям, обошлось без жертв, Дональд Трамп пообещал Ирану «беспрецедентно жесткие экономические ограничения». Естественно, на геополитические проблемы на Ближнем Востоке первой отреагировала нефть, продемонстрировавшая резкие перепады котировок – в пределах 7 долларов за баррель Brent. Котировки непосредственно после убийства генерала выросли почти на 4%, до 68,86 доллара за баррель, после чего снизились. Сегодня Brent находится вблизи минимумов шести недель – у отметки 64,25 доллара за баррель.

В этой ситуации не только инвесторы и спекулянты, но и официальные представители, в том числе России, попали в нелегкое положение, когда предсказать дальнейшую динамику цен на «черное золото» представлялось возможным вообще. Об этом, в частности, заявил энергетики России Александр Новак. Он отметил, что прогнозировать ситуацию на рынке нефти в связи с событиями на Ближнем Востоке сейчас сложно, нужно следить за развитием событий. А следить необходимо, как и прогнозировать, ведь нефть остается основным источником доходов российского бюджета.

Американо-иранский конфликт 2020 года – это очередное проявление активизировавшейся с начала 2010 годов конфронтации между глобальными производителями и потребителями нефти, рассказывает аналитик управления операций на российском фондовом рынке ИК «Фридом Финанс» Александр Осин. Он уверен, что с точки зрения фундаментальных средне – и долгосрочных факторов сырьевой сегмент, продолжает отыгрывать как влияние участившихся периодов оценочных дефицитов на рынке нефти и металлов, так и отложенное влияние сверхмягкой политики ведущих мировых ЦБ в 2008 – 2016 гг., которое ведет к повышению долгосрочных инфляционных рисков. Это отражается в ценах, это ведет к формированию рынка продавца и это – база для конфликта.

В условиях сильных макроэкономических факторов, поддерживающих спрос на нефть, основной риск для производителей и финансовых компаний, инвестирующих в сырьевой сегмент - нерыночное регулирование процессов на финансовых и товарных рынках, уверен эксперт. Оно проявляет себя постоянно, поэтому вероятность его применения в среднесрочном периоде исходя из средне и долгосрочной тенденции близка к 100%.

В числе подобных примеров товарный кризис 2014 года, который сопровождался активизацией нерыночного регулирования спроса и усилением нерыночных рисков для нефтяного рынка.  В 2014 и 2015 годах финансовый регулятор ЕС, European Securities and Markets Authority (ESMA), вслед за США провел ограничения объема позиций и повысил требования «прозрачности» для операций  на рынке сырьевых производных инструментов.

В 2014 г. большое количество крупнейших банков ЕС и США под давлением регуляторов в связи с якобы найденными нарушениями прекратили операции на товарном рынке.

В 2011- 2014 гг. имели место расследования в отношении Лондонского фиксинга цен на золота, коррупционных схем якобы применявшихся Goldmand Sachs, манипуляций со ставками LIBOR.

Произошло также повышение политических рисков для производителей. В 2014 – 2016 гг. это было связано с расширением зоны влияния ИГИЛ, повышение военно – политических рисков для производителей стран Ближнего Востока  В 2014 – 2016 гг.  были введены санкции против РФ, Ирана, Венесуэлы.

Ограничение добычи в рамках соглашения стран ОПЕК+ с 2016 г. и, в 2016 – 2019 гг. фактическим исполнением сделки ОПЕК+ более, чем на 100% а также периодическими кризисами поставок. В последние годы формируется еще один вектор такого ассиметричного ответа – это создание национальных торговых центров производителей сырья. При локализации торговли сырьем в странах производителях снизятся риски манипулирования ценами.

Принятая возглавляемым шиитским большинством парламента Ирака и одобренная правительством этой страны резолюция о прекращении любого иностранного военного присутствия в стране – еще одна акция в направлении усиления позиций нефтяных производителей и формирования на сырьевом сегменте «рынка продавца». Текущий конфликт США и Ирана – только следствие процессов, которые привели к данному решению.

«В своих оценках мы руководствуемся не политическими последствиями макроэкономических причин, а лежащими в основе политических трендов макроэкономическими факторами, обозначенными выше. Повышенный риск и высокая потенциальная доходность – основные факторы формирующиеся, как представляется, сегодняшнюю ситуацию на рынке сырья», – говорит Александр Осин. По его прогнозам, рынок может ждать повышения цен на нефть Brent в 2020 году – в рамках базового сценария – до 70 долларов за баррель. В середине года цены, возможно, они будут и еще выше.

Сейчас, соглашается руководитель группы аналитиков Центра аналитики и финансовых технологий Марк Гойхман, котировки нефти приходят в норму на фоне понимания, что большой войны на Ближнем Востоке удалось избежать, и снизилась опасность сокращения поставок «чёрного золота».  Соответственно, вероятность дальнейшего сильного падения нефти не столь высока. Кроме того, рынок ожидает подписание 15 января долгожданного соглашения по торговле между США и Китаем. Оно может способствовать завершению «торговой войны» между этими странами, что стимулирует рост производства и цен на ресурсы.  

Но, обращает внимание эксперт, пока ещё существует избыток предложения нефти в мире, связанный в основном с наращиванием добычи в США. Д.Трампу невыгодно увеличение нефтяных цен, поскольку это ведёт к удорожанию бензина и подрывает его позиции в глазах потребителей-американцев во время президентской предвыборной гонки. Однако, с другой стороны, страны-экспортёры нефти ОПЕК+ прежде всего Россия и Саудовская Аравия договорились в конце 2019 г. о дополнительном сокращении добычи. Таким образом, рынок постепенно балансируется под влиянием противодействующих факторов, хотя каждый из них может по-прежнему внезапно «выстрелить» , причём в неожиданную сторону.  

Поэтому, полагает Марк Гойхман, в зависимости от перипетий конъюнктуры, стоит ожидать в ближайшее время, в январе-феврале 2020 г., не резкого направленного движения вниз или вверх, а возможных колебаний в ту и другую сторону,  предположительно в диапазоне 61-66 долларов за баррель.  

Что же касается ожиданий российских властей и их прогнозов, отмечает Гойхман, то сильное движение котировок в декабре-январе было слишком краткосрочным, чтобы значимо повлиять на российский бюджет. И недавнее их падение не принесёт потерь для доходов от экспорта , поскольку до этого было резкое увеличение цен. В целом бюджет свёрстан с запасом и предусматривает устойчивость его даже при уменьшении цен к 40 долларам. Поэтому нынешнее ослабление не отразится на потребителях в России, да и дальнейшая сильная их негативная динамика маловероятна

Экономика


Нефть потрепала инвесторам нервы

Начало нового года принесло инвесторам сырьевого рынка немало переживаний из-за геополитических и непредсказуемых рисков.

Если в конце 2019 года инвесторы на рынке нефти несколько успокоились в отношении перспектив снижения спроса на нефть в Китае после достижения Поднебесной ряда договоренностей с США, то начало 2020 года стало для них очень нервным. Причиной стали те же Штаты, только уже в противостоянии с Ираном.

Корпус стражей исламской революции начал операцию возмездия США из-за убийства генерала, ветерана ирано-иракской войны Касема Сулеймани. Он являлся одним из самых влиятельных иранских военачальников. Ракеты были выпущены по базе Эйн-аль-Асад на западе Ирака и базе в Эрбиле, где расположен военный контингент армии Штатов.

И хотя, по официальным сообщениям, обошлось без жертв, Дональд Трамп пообещал Ирану «беспрецедентно жесткие экономические ограничения». Естественно, на геополитические проблемы на Ближнем Востоке первой отреагировала нефть, продемонстрировавшая резкие перепады котировок – в пределах 7 долларов за баррель Brent. Котировки непосредственно после убийства генерала выросли почти на 4%, до 68,86 доллара за баррель, после чего снизились. Сегодня Brent находится вблизи минимумов шести недель – у отметки 64,25 доллара за баррель.

В этой ситуации не только инвесторы и спекулянты, но и официальные представители, в том числе России, попали в нелегкое положение, когда предсказать дальнейшую динамику цен на «черное золото» представлялось возможным вообще. Об этом, в частности, заявил энергетики России Александр Новак. Он отметил, что прогнозировать ситуацию на рынке нефти в связи с событиями на Ближнем Востоке сейчас сложно, нужно следить за развитием событий. А следить необходимо, как и прогнозировать, ведь нефть остается основным источником доходов российского бюджета.

Американо-иранский конфликт 2020 года – это очередное проявление активизировавшейся с начала 2010 годов конфронтации между глобальными производителями и потребителями нефти, рассказывает аналитик управления операций на российском фондовом рынке ИК «Фридом Финанс» Александр Осин. Он уверен, что с точки зрения фундаментальных средне – и долгосрочных факторов сырьевой сегмент, продолжает отыгрывать как влияние участившихся периодов оценочных дефицитов на рынке нефти и металлов, так и отложенное влияние сверхмягкой политики ведущих мировых ЦБ в 2008 – 2016 гг., которое ведет к повышению долгосрочных инфляционных рисков. Это отражается в ценах, это ведет к формированию рынка продавца и это – база для конфликта.

В условиях сильных макроэкономических факторов, поддерживающих спрос на нефть, основной риск для производителей и финансовых компаний, инвестирующих в сырьевой сегмент - нерыночное регулирование процессов на финансовых и товарных рынках, уверен эксперт. Оно проявляет себя постоянно, поэтому вероятность его применения в среднесрочном периоде исходя из средне и долгосрочной тенденции близка к 100%.

В числе подобных примеров товарный кризис 2014 года, который сопровождался активизацией нерыночного регулирования спроса и усилением нерыночных рисков для нефтяного рынка.  В 2014 и 2015 годах финансовый регулятор ЕС, European Securities and Markets Authority (ESMA), вслед за США провел ограничения объема позиций и повысил требования «прозрачности» для операций  на рынке сырьевых производных инструментов.

В 2014 г. большое количество крупнейших банков ЕС и США под давлением регуляторов в связи с якобы найденными нарушениями прекратили операции на товарном рынке.

В 2011- 2014 гг. имели место расследования в отношении Лондонского фиксинга цен на золота, коррупционных схем якобы применявшихся Goldmand Sachs, манипуляций со ставками LIBOR.

Произошло также повышение политических рисков для производителей. В 2014 – 2016 гг. это было связано с расширением зоны влияния ИГИЛ, повышение военно – политических рисков для производителей стран Ближнего Востока  В 2014 – 2016 гг.  были введены санкции против РФ, Ирана, Венесуэлы.

Ограничение добычи в рамках соглашения стран ОПЕК+ с 2016 г. и, в 2016 – 2019 гг. фактическим исполнением сделки ОПЕК+ более, чем на 100% а также периодическими кризисами поставок. В последние годы формируется еще один вектор такого ассиметричного ответа – это создание национальных торговых центров производителей сырья. При локализации торговли сырьем в странах производителях снизятся риски манипулирования ценами.

Принятая возглавляемым шиитским большинством парламента Ирака и одобренная правительством этой страны резолюция о прекращении любого иностранного военного присутствия в стране – еще одна акция в направлении усиления позиций нефтяных производителей и формирования на сырьевом сегменте «рынка продавца». Текущий конфликт США и Ирана – только следствие процессов, которые привели к данному решению.

«В своих оценках мы руководствуемся не политическими последствиями макроэкономических причин, а лежащими в основе политических трендов макроэкономическими факторами, обозначенными выше. Повышенный риск и высокая потенциальная доходность – основные факторы формирующиеся, как представляется, сегодняшнюю ситуацию на рынке сырья», – говорит Александр Осин. По его прогнозам, рынок может ждать повышения цен на нефть Brent в 2020 году – в рамках базового сценария – до 70 долларов за баррель. В середине года цены, возможно, они будут и еще выше.

Сейчас, соглашается руководитель группы аналитиков Центра аналитики и финансовых технологий Марк Гойхман, котировки нефти приходят в норму на фоне понимания, что большой войны на Ближнем Востоке удалось избежать, и снизилась опасность сокращения поставок «чёрного золота».  Соответственно, вероятность дальнейшего сильного падения нефти не столь высока. Кроме того, рынок ожидает подписание 15 января долгожданного соглашения по торговле между США и Китаем. Оно может способствовать завершению «торговой войны» между этими странами, что стимулирует рост производства и цен на ресурсы.  

Но, обращает внимание эксперт, пока ещё существует избыток предложения нефти в мире, связанный в основном с наращиванием добычи в США. Д.Трампу невыгодно увеличение нефтяных цен, поскольку это ведёт к удорожанию бензина и подрывает его позиции в глазах потребителей-американцев во время президентской предвыборной гонки. Однако, с другой стороны, страны-экспортёры нефти ОПЕК+ прежде всего Россия и Саудовская Аравия договорились в конце 2019 г. о дополнительном сокращении добычи. Таким образом, рынок постепенно балансируется под влиянием противодействующих факторов, хотя каждый из них может по-прежнему внезапно «выстрелить» , причём в неожиданную сторону.  

Поэтому, полагает Марк Гойхман, в зависимости от перипетий конъюнктуры, стоит ожидать в ближайшее время, в январе-феврале 2020 г., не резкого направленного движения вниз или вверх, а возможных колебаний в ту и другую сторону,  предположительно в диапазоне 61-66 долларов за баррель.  

Что же касается ожиданий российских властей и их прогнозов, отмечает Гойхман, то сильное движение котировок в декабре-январе было слишком краткосрочным, чтобы значимо повлиять на российский бюджет. И недавнее их падение не принесёт потерь для доходов от экспорта , поскольку до этого было резкое увеличение цен. В целом бюджет свёрстан с запасом и предусматривает устойчивость его даже при уменьшении цен к 40 долларам. Поэтому нынешнее ослабление не отразится на потребителях в России, да и дальнейшая сильная их негативная динамика маловероятна



» » Нефть потрепала инвесторам нервы


Новости партнеров


Загрузка...

Читайте также


Что пишут в @блогах


Я бросаю курить!

Какова разница между физической и психологической зависимостью?...

Новости из соцсетей


Новость дня

Наши проекты

Наш видеоканал

Курсы валют

Последние новости

Новости партнеров

Загрузка...


Последние комментарии